«Снегурочка» А.Островского-А.Маноцкова, театр «Старый дом», Новосибирск, реж. Галина Пьянова

Как если бы из «Грозы» Могучего вынули почти весь текст — а все остальное осталось. Новосибирский балаганчик, конечно, покороче раза в полтора и еще более «продвинутый» по формальным признакам, и более «молодежный» по составу исполнителей, но и более предсказуемый в своей пантомиме-клоунаде, ее конкретных решениях, пластических, мизансценических. Белый павильон и в нем редкий «лес» распиленных, но неструганных досок — «сказочное» пространство. Недружелюбные безъязыкие берендеи («Быть тишине!» — провозглашает в начале их «эффективный менеджер» в пиджачке и при галстуке, потом он произнесет еще полторы реплики, и других слов в спектакле нет) наряжены в серо-черно-красные лохмотья, полукрестьянского-полувоенного фасона, а выражают себя через музыкальные инструменты, как классические, «конвенциональные», хоть и используемые не всегда по назначению (скрипка, гармошка, дудочка, гитара), так и подручные предметы обихода (тазик, кружки). Конечно, Снегурка в ночнушке своими сопрановыми вокализами (актриса, пишут, непрофессиональная) выделяется из такой толпы. Также и Лель (если это был Лель) полуголый, с татуировкой на груди, в килте и «гнездом» на голове. Вообще при желании в полуторачасовом действе даже можно проследить фабулу исходной пьесы — что, однако, не добавляет мероприятию увлекательности, скорее наоборот. Меня происходящее уже в первые две минуты дико утомило — может еще и потому как раз, что недавно я видел «Грозу», где автором саундтрека выступал тот же композитор Маноцков, используя в чем-то сходные приемы, но более разнообразно.

А тут до кучи и канистра с песком, и препарированное пианино… Ну а когда к финалу в «павильон» приносят осветительные приборы и направляют их в зал, слепя публику — это настолько позавчерашний «эксперимент» (новосибирская постановка проходит по разряду «экспериментальных», при том что даже хабаровское «Дознание» со свечками на автомойке про Холокост, где зрители сами читают пьесу с листа, числится «спектаклем драмы малой формы»), что помимо неприятных физических ощущений становится неловко за театр и за артистов, профессиональных и непрофессиональных в равной степени.

Читать оригинальную запись

Читайте также: