Рим сгинет сам, от собственных пороков

”НОРМА”, А.Олье, КОВЕНТ-ГАРДЕН, Англия, 2016г. (10)

Постановка богатая, зрелищная и очень точно попадающая в современную ситуацию, когда прогрессивное и казалось безальтернативное «завтра» вдруг оказалось вчерашним днем, оно уже не наступает, а отступает. Современный Рим, постхристианская глобальная империя, уже не кажется всесильной, теряет привлекательность, остывает, а традиционное общество все сильнее накаляется и готово к реваншу.

Галлы из оперы Беллини показаны в спектакле как традиционное общество, общество религиозное, военизированное, строго ранжированное с детства. Общество стройное (выстроенное, построенное). Военные мундиры, знаки различия и орденские планки. Униформа есть и у священников-жрецов – сутаны. Миряне ходят в балахонах (ку-клукс-клановских), под такими балахонами прячутся Поллион и Флавий в первой сцене, и даже галльские дети, прислуживающие в храме, одеты в остроконечные балахоны.

Всё это не из условных, легендарных языческих времен, а из более знакомых времен христианской Европы, христианского Запада. В сценографии спектакля лес из распятий и католические ритуалы (проповедь Нормы, исповедь Адальжизы) играют роль священного леса и языческих ритуалов друидов. Для испанского режиссера всё равно какая религия, все они одинаковы, все подавляют свободу личности, ему совершенно не важна единичность символа распятия. Множество распятий – братская могила (жертв Рима). Множество распятий – народ, строительный материал истории. Из распятий составлен не только лес, но и стены храма. А в какой-то момент распятия сплетаются в огромный терновый венец.

Традиционное общество копит обиды, копит силы для восстания и вот-вот восстанет. Вопрос только в том, когда начинать. Прямо сейчас (как хочет партия войны, в спектакле ее возглавляет Оровезо, военачальник) или дождаться, когда Рим погибнет сам, «не от рук галлов, а от нечестий своих и пороков» (так считает партия мира, партия дочери Оровезо, Нормы). Норма представляет более молодую, уже глобализированную часть элиты.

Противостоящий галлам Рим в спектакле представляет один персонаж – Поллион. Правда, есть еще друг Поллиона Флавий, роль совсем небольшая, она дополняет образ глобальной империи совсем особым образом. Дело в том, что на сцене не видно ни одного афробританца, но неписанный закон современной британской сцены не нарушен, в роли Флавия выходит азиобританец.

Поллион (Джозеф Каллейя) – обрюзгший, небритый дядька в пиджаке. Не воин. Если и силовик, то представитель «мягкой силы». Чем такой римлянин мог привлечь любовные чувства двух таких ядреных, отборных галльских женщин-жриц?

Во-первых, за ним стоит великий Рим, более могущественная и привлекательная цивилизация. Верхушка галлов уже успела вкусить от достижений цивилизации. В начале второго действия зрители из мест общественных попадают в частный дом, где живут дети Нормы и Поллиона, словно из архаичного прошлого в современность. Детская в стиле хай-тек, удобная мебель, яркие игрушки, плазменная панель, мультики.

Но не только этим привлекает Поллион. Не только передовыми технологиями, но и передовыми взглядами — «личность выше общества», «любовь выше, чем долг». Тенор, не очень убедительно звучавший в первых сценах, в любовном дуэте с Адальджизой распевает соловьем. Слушай свое сердце и поступай, как хочется.

Полюбил, разлюбил, бросил, полюбил другую. Дети – детей тоже пришлось бросить, а что делать. Сердцу не прикажешь. Вот и оборотная сторона свободы, донжуанский либертинаж, которого не могут принять отсталые галлы, ни Норма, ни Адальджиза. «Нечестие» — на этом и споткнулся прекрасный новый мир.

Империя проигрывает и вокально. Класс тенора ниже, чем класс сопрано, две Сони — Йончева и Ганасси — главные звезды спектакля (вот только возрастное соотношение обратное, минус 15 лет, получается, что Поллион променял молодую на старую). Голоса прекрасно сливаются в дуэтах.

«Casta Diva» Йончева прекрасно иcполнила, тихо, спокойно в контраст с тем, как звучал голос в остальных сценах, пела будто в трансе, закрыв глаза. Не просто ария, а проповедь с амвона. Не земная женщина, а жрица причастная тайному знанию.

Ведь противопоставление глобальной империи и традиционного общества это только фундамент, исходная посылка, спектакль не о противостоянии. Он о попытке синтеза. Главный конфликт не между римлянами и галлами, вообще не между людьми (не в любовном соперничестве Нормы и Адальжизы, не в любовном треугольнике), конфликт проходит через сердце человека. И это не сердце Поллиона, там никакого конфликта нет, он свободен и его «хочу» не имеет никаких рамок, оно даже сильнее элементарной осторожности – захотел Адальжизу, нагло врывается в жилище юных жриц. Главный герой – Норма, она пытается снять конфликт, возвысится над враждой, примирить в себе долг и любовь, Рим и Галлию.

В финале остается небольшая надежда на синтез в будущем (остаются в живых дети Нормы и Поллиона, полукровки, воспитанные на мультиках Голливуда). Но это только возможное будущее, а заканчивается спектакль огнем, пылающим крестом (режиссер пугает нас «горящим крестом» — символом ку-клукс-клана).

=======

Это я открыл сезон кинотрансляций еще одного театра – Royal Opera House, в программу Theatre-HD он не входит. В программе ROH-2016/17 еще пять опер, следующей будет «Так поступают все», и шесть балетов – см. http://www.rohd.ru/)

Читать оригинальную запись

Читайте также: