Два спектакля

«Гамлет/Коллаж» в Театре наций и «Кант» в Театре им. Маяковского. И там, и там в идеальной, завидной, совершенной раковине декорации артисты играют до обидного пусто. Пусто, то есть без содержания, несодержательно. Единственным сообщением, который идет в зал, становится бешенство Протея, патологическая (в хорошем смысле слова), маниакальная страсть к игре, жадность до лицедейства, потребность в бесконечной смене масок, интонаций и обличий. Художник нам рассказывает о том, как он живет в игре и как не живет, страдая, вне игры. И единственное желание — опять играть.

Сперва думал, что неудача. А теперь думаю, что это намечающаяся тенденция. Что делать театру в условиях надвигающейся цензуры? Только это сообщение и остается транслировать в зал, как сигналы SOS: сообщение о глубоководном погружении в игроманию.

Читать оригинальную запись