Мужчина и женщина

«СЦЕНЫ ИЗ СУПРУЖЕСКОЙ ЖИЗНИ», И.ван Хове, ТОНЕЛЬГРУП, Голландия, 201?г. (10)

Обследовав границы театра фестиваль NET-2013 занялся самой сердцевиной, выстрелил в самое яблочко.

Большая классическая литература (Бергмана уже можно признать классиком 20-го века), настоящая драма (не пост-драма, не пост-модерн, не про маргиналов – про обыкновенных супругов из среднего класса из среднеевропейской страны). Большой (четырехчасовой) и подробный актерский спектакль с диалогами петелька-крючочек, глаза в глаза и зритель испытывает самое большое зрительское счастье, когда оказывается на оси взгляда актеров. Спектакль максимально актерский, максимально приближенный к зрителю (поэтому нет сцены, нет линии рампы, четвертой стены). Режиссура здесь активна, в актерах не умирает, но все-таки вспомогательна, она помогает актерам раскрыться. Режиссерские, постановочные решения помогают снять стены и открыть актеров со всех сторон, чтобы со всех сторон показать историю супружеской жизни. Бесконечно интересную, бесконечно длящуюся, пока существует человечество. Историю наших соседей.

Первое действие спектакля, разбитое на три части, на три сектора во времени и пространстве можно считать и последовательными сценами из жизни одной пары и параллельными сценами из жизни трех пар разного возраста, живущих по-соседству. Стены звукопроницаемы, соседи встречаются в общем коридоре, словно это коммунальная квартира. Три стадии брака, молодые могут представить себя в зрелом возрасте, зрелые вспомнить себя в молодости.

Я попал в оранжевый сектор и начал смотреть со среднего возраста. Это оказалось самая лучшая, самая совершенная треть первого действия. Самостоятельный спектакль-миниатюра, сцены супружеской жизни за 40 минут, очень интересная пара. И актерская пара здесь идеальна, идеально дополняют друг друга, актриса настоящая бергмановская блондинка, неустойчивое женское начало, актер контрастный психотип , устойчивое мужское начало. В старшей по возрасту паре мне намного больше понравилась актриса, а в молодой — актер.

Средняя пара могла бы сыграть эту историю сама, всю целиком и выдержала бы сравнение с оригиналом (с Йозефсоном и Ульман, игравшими у Бергмана). Смысловая кульминация спектакля была именно в оранжевом секторе – визит пожилой женщины. Разговор двух женщин о любви (о нелюбви) и браке, одна рассказывает, а другая слушает, думает, примеряет на себя, чувствует и предчувствует. Играет почти без слов так сильно и точно, что ее состояние непосредственно передается зрителю. И ее мысли становятся слышны. Разговор двух женщин повторится еще раз перед самым финалом спектакля, второй сокровенный разговор станет зеркальным отражением первого, две простые истории долгой супружеской жизни. Прямые боковые ветви от центрального сюжетного ствола, перекрученного, узловатого.

Во втором действии сняты даже эти матерчатые звукопроницаемые перегородки, площадка открыта со всех сторон. Максимальное обнажение театра соответствует максимальной степени обобщения – на ринге мужчина и женщина, возраст значения не имеет, имеет значение психологическая сложность их отношений, многослойность диалога, поэтому три актера и три актрисы говорят и действуют одновременно. Когда боксируют так быстро и с таким остервенением, кажется, что у каждого из соперников по три пары рук. Кульминация истории супружеской жизни – развод. Но это не конец истории супружеской жизни, мужчина и женщина никуда друг от друга не денутся. И финальное примирение бывших супругов не окончательно, слишком много накоплено, слишком много сказано — и нести тяжело и сбросить/забыть невозможно. Контрапунктом к бергмановскому многословию и психологической многослойности – простая песня о любви. В этот момент включился совсем другой театр, невербальный, театр без словесных диалогов, только музыка и танец, диалог двух тел, неподвижного и подвижного. Две минуты полной ясности и гармонии, но и это проходит и снова слова, слова, слова.

Мужчина и женщина — и вместе тяжело и врозь нельзя.

Читать оригинальную запись

Читайте также: