«Диана Вишнева. Диалоги» хор. Марта Грэм, Джон Ноймайер, Пол Лайтфут и Соль Леон

Даже пропустив позапрошлой эту программу, уже показанную в Москве «Лабиринт» Марты Грэм в исполнении Вишневой я видел год назад в рамках программы одноактных балетов Мариинского театра. Но в «Диалогах» все взаимосвязано: представляющая исторический интерес, но морально устаревшая хореография Марты Грэм (спектакль 1947 года), незамысловатая, но прекрасно выстроенная одноактовка Ноймайера, давшая название программе в целом, и великолепный мини-спектакль Лайтфута и Леон выстраиваются в свой сюжет, а в каждом из них Вишнева ведет собственный» диалог с партнерами, один лучше другого: в «Лабиринте» — мощный Бен Шульц, в «Диалоге» — блестящий Тьяго Бордин, в «Объекте перемен» — невероятный Андрей Меркурьев. При этом Ноймайер между двумя более насыщенными драматургически опусами может показаться слегка простоватым: два человека, два стула (на спинке одно из стульев — пиджак), плюс Алексей Гориболь за роялем, нежность и агрессия, расставание и воссоединение, стремление уйти и попытка удержать… Для Ноймайера здесь важнее не сюжет, не концепция, но язык, детали, подробности. А вот в «Объекте перемен» значение имеет все, начиная с того, что исполнители не просто так выходят на сцену: опускается черный занавес и почти сразу поднимается, представляя артистов — точно так же они и исчезают, не уходя за кулисы, а «пропадая». Четверо танцовщиков раскатывают красный ковер, который на протяжении всего спектакля остается действующим персонажем, он постоянно меняет форму, конфигурацию, из плоской фигуры трансформируется в объемную, из статичного объекта — в движущийся. И рядом с ним, на нем, на его фоне дуэт солистов выглядит особенно драматичным, причем если образ Дианы Вишневой здесь — условно-кукольный, скорее обобщенный, нежели предполагающий наличие живых эмоций, то Меркурьев — настоящий трагический герой, до полной гибели всерьез.

Читать оригинальную запись

Читайте также: