Дом. История мужчины средних лет. МХТ

Вы никогда в детстве не рисовали дом своей мечты? Чтобы много-много комнат. И в каждой — родные и любимые. Мама-папа. Братья — сестры. Бабушки — дедушки. Все вместе. Но каждый на своей территории. И никому не тесно. И шумит самовар. И тенькает сверчок. И над столом лампа под тканевым абажуром. Как в произведениях классиков, воспевавших или язвивших семейные гнезда уютного девятнадцатого века (и даже начала двадцатого, правда, тут все больше вскрывали недостатки и прозревали светлое завтра). Пока еще сохранялись семьи, Лопахины не повырубили вишневые сады, недоучившиеся гимназистики со взором горящим не превратили всю землю… ну, уж во что превратили, в то и превратили.
Вот такой дом — «полным-полна коробочка» нарисован на заднике. Дом — ковчег. Дом — микрокосмос. Дом, в котором тебе всегда рады, из которого не захочется вылетать. Для всех поколений.
Этот рисунок — мечта вечного ребенка, живущего в душе вполне себе взрослого пятидесятилетнего врача. Классического интеллигента. Мечтателя. Трудяги. Не чуждого новому мЫшлению (не лежнем лежит, сиднем сидит, шуршит, частной практикой на дорогие рубашки и взносы по ипотечному кредиту зарабатывает, в отличие от статичных коллег, готовых прокисший суп доедать и минтаем пробавляться, но рисковать — неее)
Врач. Интеллигент. Дом. Чу, АнтонПалч мерещится…
И спектакль-то именно от этого «морока» оттолкнется и покатится. Начало двадцатого века. Дом где-то в пригороде. Господа и дамы в светлых одеждах. Новоселье.
И внесут самовар. Загорится под потолком «усадебная» лампа, зажужжит винт игрушечного аэроплана. Они поплывут вниз, превращая тканевой абажур в крышу дома. А на импровизированной крыше и труба дымит (самовар-то прямехонько под ней), и гулена котейка выгнул спину дугой.
Вот только персонажи ведут себя как-то странно. Как слегка фрондирующие куклы труппы господина Пигмалиона Игоря.
А! Это же визуализация мечты о доме! Правильно! Так и только так! Откуда же возьмутся у обычного врача личные представления (из личного опыта) о жизни в особняке. Только из классиков. Из них, родимых.
А откуда взялась тема дома?
Буквально из ниоткуда.
Морок.
Маниловщина.
Пятьдесят лет. Все тип-топ. Все как у людей. Работа там. Работа сям. Фигаро здесь — Фигаро там Новая (первая в жизни) пристойная квартира. Ипотечный кредит. Друзья. Жена. Любовница (тссс…) Сын в Москве учится. Дочь в 11-м классе, бьет копытом, мечтает поскорей закончить школу и рвануть к брату. Чтобы никакой осточертевшей опеки. Чтобы, например, не выдумывать многоэтажное вранье, отпрашиваясь на дружественный секс с одноклассником.
Все устоялось. Все определилось.
Ничего нового и неожиданного не предвидится. Ни целей, ни задач.
И вдруг!..
Господи, почему у наших людей, особенно если они интеллигентны, порядочны и не слишком оборотисты, все ВДРУГ?
Предложение купить дом.
Дом! Дом? Какой дом? Зачем дом? На какие шиши, пардон, дом?
Но уже едет, смотрит, примерят на себя, влюбляется и заболевает ДОМОМ,
Господи, да он же всю жизнь, с самого детства, ( да-да, он вспомнит, бабуля с дедулей явятся — одна из самых нежных и проникновенных сцен спектакля) о доме мечтал!
Только себе не признавался.
И, сорвавшись с катушек, положившись на русский авось, ничего не уточняя (что за дом, сколько реально стоит, кто продает, с землей или без, а если с землей, то в аренду или в собственность итдитп), Игорь (Золотовицкий) начинает ЖИТЬ мечтой о доме.
И какая ему разница, что денег нет, что на нем висит ипотека — фигня вопрос! Надо просто деньги занять у друзей. Они же богатые. Они обязаны дать. Занять сегодня. А как отдавать — да как нибудь, он об этом подумает завтра. Потом хоть в кабалу, хоть в острог, хоть бомжевать. Главное — дом купить. Мечту осуществить.
И какая разница, что жизнь в доме куда дороже и хлопотней, чем в квартире. Что ему там пытается объяснить друг, уже неосмотрительно вляпавшийся в особняк? И слушать не буду! Займу — куплю — столкнусь с проблемой — думать стану.
И какая разница, что дети уже на крыле. Там — на картинке — они все вместе. Вечные дети с вечно молодыми родителями. И все в доме. Навсегда.
ДОМ наполняет повседневность новым смыслом, постепенно начинает доминировать. Ничто не имеет значения, только дом, разговоры о доме. С плюсом, с минусом, но о нем. И Игорь, и Оля (Бабушкина), зачарованная маниловскими проектами мужа, и Уля (Андреева), начинающая чувствовать себя крутой дочкой домовладельцев, поглощены мечтой.
Но окружающий мир утратил реальность только для семьи Игоря.
Друзья не торопятся ссужать мечтателя деньгами. И каждый строго логичен.
Не смешивай дружбу и деньги, вторые убьют первую. Не лезь очертя голову в бездну.
Деньги не дают просто так. Порядок требует запрашивать хотя бы символический процент.
Своему врачу нельзя давать в долг. Зачем искушать? Слишком велик соблазн врачебной ошибки.
Глупо просить у бывшей любовницы деньги на покупку дома для жены.
Игорь — захребетник, пытающийся жить не по средствам, за чужой счет. Для него беспредметная болтовня вокруг дома важней реальных шагов для его приобретения.
Мечта о доме смешна здравомыслящим состоятельным друзьям.
Но она еще более непонятна другу, для которого нынешнее положение Игоря — рай земной.
И чем же закончится история?
Ничем. Открытый конец.
Богатый друг, владелец нескольких домов, давно нацеливавшийся именно на эту застройку, проработавший вопрос досконально, собирается увести овеществленную мечту из-под носа. Но дает Игорю один день… (понимая, что он все равно…)
И… вся семья готова костьми лечь, чтобы за сутки найти дурака, готового дать взаймы… Суета. Ажиотаж. Морок.
Finita la comedia…
Удивительно легкий и светлый спектакль. Смешной, трогательный, печальный. Правдивый. Узнаваемый.
Чуть ироничный и одновременно безжалостный взгляд человека на самого себя. На свое поколение. На свою прослойку в социуме.

Авторы: Евгений Гришковец, Анна Матисон (удачный симбиоз!)
Режиссер: Сергей Пускепалис

Читать оригинальную запись