Послание в бутылке

«МОСКВА-ПЕТУШКИ», А.Жолдак, «БАЛТИЙСКИЙ ДОМ», Санкт-Петербург, 2011г. (6)

“Message in a bottle” (Sting)
“In vino veritas” (Gaius Plinius Secundus)

Было много режиссуры, ожидаемо гиперрежиссёрский спектакль. Но мне больше понравилась сценография и исполнитель главной роли.

Режиссура была Жолдак-лайт, не так радикальна-скандальна-отвязна, как в прежние годы. Спектакль хаотичный, несобранный. Какие-то куски захватили внимание, остальные – нет, по большей части было очень скучно.

Такие спектакли кажутся затянутыми сколько их ни сокращай (в Москве играли в два действия и сыграли за три с половиной часа, на премьере играли в три действия почти пять часов).

Текст Ерофеева (стихийный речевой поток, внутренний монолог/диалог, каскады слов от самых возвышенных к самым низменным) не прозвучал. А ведь это поэма, здесь важно каждое слово, здесь все через слово, через игру слов. Театр Жолдака не поэтический театр, а визуальный. Для исполнителя главной роли русский язык не родной, Багдонас говорил уверенно, внятно, почти без акцента, но из души не рвалось.

У остальных актеров с речью было много хуже, говорили быстро, захлебывались, слов не разобрать. Лучше всего прозвучал мат, которого у Ерофеева как раз и не было. Лучше всех сыграла текст Наталья Парашкина (Ангел-Трындычиха) – украинская добавка в маршрут, из Москвы в Петушки через Украину.

Внятным, но совершенно не нужным, прозвучал прямой разъясняющий монолог «почему честные люди пьют» (спасибо, наконец-то мы узнали причину ;)

Кроме текстовых было много и других режиссёрских украшений — Лев Толстой-Хоттабыч, индеец, отсылающий к «Мертвецу» Джармуша (последний путь из Москвы в Петушки). Эффектно, но в систему не сложилось.

По направлению к Петушкам.

То, чего не было в режиссуре, было в сценографии. В такой декорации можно жить. Она выстроена по вертикальной оси — от языка, вытянутого, углубленного в партер, до лестницы в небо на заднике. Дорога на Петушки не «буквальная-илюстративная», то есть не железная-горизонтальная (ничего железнодорожного на сцене как раз и не было), а деревянная-вертикальная. Мостки, зигзагом уходящие вверх. Через бурное житейское море, через «топи болот», к домику на горе, где в окошке стоит Венедикт-младший. Ну и вокруг вертикальной оси там много чего понастроено – дорожек, дверей, комнат.

Багдонас в главной роли — неожиданный выбор. Актер слишком спокойный-солидный, отнюдь не жалкий, не неврастеник, не комик. Багдонас только одной гранью попал в образ, но зато эта грань очень важная, неочевидная. В этом открытие. Такого Веничку вы еще не видели. Человек, который знает язык животных и птиц. Слушает и разговаривает с ними. Слышит и видит ангелов. Он и с бутылкой разговаривает. Слушает ее, приложив к уху, как морскую раковину (шум моря — шум водки, прекрасная метафора). И говорит в нее. Получает и передает послание.

Читать оригинальную запись

Читайте также: