«Признак оперы» в театре «Практика», реж. Алексей Шашилов («Большая перемена»)

Совсем другого ожидал, поэтому огорчился. Мне казалось, что имя Ильи Эппельбаума в качестве автора идеи проекта предполагает совсем другой технический уровень исполнения, а не тот наивный хенд-мейд с проекциями на экран бумажных фигурок, который мне довелось увидеть. Но наивность формы я готов принять как правило игры, смутило меня другое. Представление выстроено в формате «презентации» воображаемого музыкального театра всех возможных форм, и будущего его репертуара. В афише — оперная классика, и каждое из произведений примерно за десять минут «презентуется». «Волшебная флейта» Моцарта — это театр теней, где «живых» теней немного, в основном используется черно-белая анимация, тень Моцарта скачет по нотному стану, мелькают фигурки Тамино, Папагено, звучат обрывки самых узнаваемых арий. «Иван Сусанин» Глинки — эпизод пародийно-«капустный», но тоже теневой. Самый, пожалуй, эффектный — «Орфей» Глюка. Полупародийная «Иоланта» Чайковского сменяется миксом, где персонажи «Паяцев» Леонкавалло разыгрывают «Кармен» Бизе. Презентация сопровождается выступлением конферансье Алексея Шашилова и двух других участников представления, которым для непосредственного контакта с публикой пока что явно не хватает ни опыта, ни харизмы, но опять-таки проблема не в этом. Я не совсем понимаю задачи, которые решаются в этом спектакле помимо чисто технических, хотя к техничской стороне тоже, мягко говоря, есть претензии. Если эти задачи в большей степени утилитарные, просветительские, то, как мне с оглядкой на некоторый педагогический опыт представляется, акцент надо делать не на то, что фамилия Глюк означает в переводе совсем не то, что дети подумали (а они, между прочим, ничего и не подумали, не успели), и уж тем более даже в шутку не стоит говорить глупости вроде того, что буква Е во времена Сусанина писалась иначе и называлась «ять». Ну а что может уяснить человек, мало знающий об опере, из последнего эпизода, при том что Леонкавалло не упоминается и не разъясняется, что паяцы — тоже оперные персонажи, они представлены просто как бродячие артисты — я не знаю, и не думаю, что очень много. Спектакль в этом случае получается детским только по форме, то есть наивным, а проще сказать, примитивным, по сути же он требует немалой специальной подготовки, так что с просветительством выходит не очень успешно. Ну а для чисто художественного высказывания «Признак оперы» слишком уж простодушен, если не выразиться грубее.

Читать оригинальную запись

Читайте также: