Урок от Гинкаса

«ЗАПИСКИ СУМАСШЕДШЕГО» Н.В. Гоголя
постановка Камы Гинкаса, МТЮЗ

Получила сегодня урок. Даже несколько уроков, но расскажу только об одном.

Записки сумасшедшего - МТЮЗ

«Записки сумасшедшего» — это ещё один спектакль, о котором я не собиралась писать никогда. Потому что мне не понравилось. Хотя главную и единственную роль в этой монодраме играл хороший актёр Алексей Девотченко и хорошо играл. Но мне мало хорошего актёра, мне подавай ещё хорошего режиссёра и «о чём». Гинкас — хороший режиссёр, но садист. Сам Гинкас, кстати, косвенно признаёт свой режиссёрский садизм, когда описывает те чувства, эмоции, ощущения, какие хотел бы вызвать у зрителя. Но режиссёр он хороший, это всем известно, а садизм сейчас и вовсе в моде — тут Гинкас совпал со своим временем.

Это я всё к тому говорю, что, претерпев очередной спектакль хорошего режиссёра Гинкаса, я решила благополучно о нём забыть, как забыла «Чёрного монаха», потрясшего театральную Москву, а в моей памяти засевшего павлиньими перьями, которыми был утыкан пол сцены. Но прежде чем забыть о спектакле навсегда, я решила почитать отзывы, чтобы подтвердить свои ощущения. То, что я прочитала (например, здесь), меня одновременно и удивило, и успокоило. Удивило тем, что в главном герое можно было усмотреть святого, но в конце концов тема святости логически продолжает тему «маленького человека», которую у кого и усматривать, как не у Гоголя с Гинкасом? И я решила, что всё поняла, а то, что я поняла, мне не понравилось. Рассуждала я примерно так: что это за «маленький человек» такой? И чему собственно мы призваны здесь сочувствовать? Человек мучается от того, что он всего-навсего титулярный советник (т.е., в переводе на современную табель о рангах, что-то вроде офис-менеджера), между тем как в двух шагах от него, за глухой и непроницаемой стеной «жёлтого дома», кипит настоящая жизнь, олицетворяемая Филиппом Киркоровым, Аллой Пугачёвой, Путиным (или Медведевым — я временами их путаю) и самим Гинкасом — их фотографиями обклеяны стены комнаты Поприщина (фото Гинкаса заранее снимает все претензии:). Мучается и на этом сходит с ума. И что, этой-то тоске по «лучшей» жизни Гинкас предлагает сочувствовать? – Не хочу, не буду. Вместо «святости» я видела в герое Алексея Девотченко патологическую деформацию личности, окунувшейся в свои во всех отношениях сомнительные мечты и увязшей в этих мечтах по уши, застрявшей навсегда в виртуальной реальности.

…А сегодня я краем уха услышала от самого Гинкаса, что он именно об этой деформации и ставил.

Углубившись в рецензии по второму кругу, я наткнулась на более адекватный отзыв, автор которого на лету схватывает социальные аллюзии театра, даже там, где их, может статься, и нет, и делает это каждый раз очень убедительно.

Читать оригинальную запись

Читайте также: