“Любовный круг” С.Моэма в Малом театре, реж. А.Житинкин
С самого начала был уверен, что не надо снова браться за моэмовский "Круг". Столько лет шел, и вполне успешно, спектакль в Театре им. Маяковского, с Евгенией Симоновой, Немоляевой и Лазаревым - что еще можно добавить к нехитрой пьеске? Мне и перемена названия казалась чисто пиаровским ходом - вроде как не тот самый "Круг", а какой-то другой, "Любовный". Житинкин вообще "любовные" дела поставил на поток, у него "Эти свободные бабочки" Герша превратились в "Свободную любовь" (антрепризная постановка с Дмитрием Дюжевым и Ириной Купченко), "Гарольд и Мод" Хиггинса-Каррьера - в "Школу любви" (спектакль Театра Армии с Людмилой Касаткиной, Ларисой Голубкиной и Анатолием Руденко), теперь вот круг замкнулся... Но добавочный эпитет не только помогает продавать билеты, он еще и сужает круг значений. У Моэма, вообще-то, круг - с одной стороны, категория структурно-композиционная (история старшего поколения семьи - Клайва, леди Китти и лорда Портеса - повторяется с некоторыми вариациями для поколения "детей": Арнольда, Элизабет и Тедди - как Китти когда-то ушла от Клайва к Хьюи Портесу, так и Элизабет уходит от сына Клайва и леди Китти к Тедди; плюс ко всему, если уж на то пошло, основную интригу для своей пьесы Моэм недвусмысленно позаимствовал из "Веера леди Уиндермир" Уайльда, но переосмыслил ее), а с другой - понятие общественное и семейное (в том, опять же, смысле, что семья - "ячейка общества"). Круг, окружение - то, что во многом определяет суть человека. Леди Китти была блестящей молодой дамой, лорд Портес - многообещающим политиком, оба они покинули свой круг, и 30 лет спустя, по возвращении, мы видим их ничуть не похожими на те воспоминания, которые они по себе оставили: он - маразматик, у которого то и дело выпадает вставная челюсть, она - разряженная в пух и прах смешная жеманница. В то время как Клайв, несмотря на возраст, благодаря обретенной в результате побега жены свободе в отличной форме и отнюдь не страдает от одиночества, меняя одну за другой 20-летних содержанок. Василий Бочкарев играет своего героя блестяще. Борис Клюев и Элина Быстрицкая тоже по-своему хороши, просто у них задача попроще, по крайней мере, на первый взгляд - их герои более одномерны, они при первом появлении выглядят просто как фрики, и только в последнем акте в них обнаруживается не до конца растраченное человеческое содержание. У Клайва-Бочкарева, наоборот, масса возможностей проявить себя с самой разной стороны - он спортивен, но немолод и тоже живет со вставной челюстью, он жертва обмана жены - но сам руководит сыном, когда учит его, как обмануть жену и заставить ее остаться в "кругу" семьи и общества - правда, тут он терпит поражение все от той же леди Китти и лорда Портеса. Бочкарев ездит на велосипедике - и падает с него, он танцует фокстрот - и останавливается, хватаясь за сердце, он ощущает себя "хитрой бестией", хотя на самом деле опять остается в дураках. Житинкин эту сложность уловил и проследил в развитии сюжета и в последовательном раскрытии характеров. Но Житинкин же напихал в спектакль банальных приемов и ходов, на которые зритель должен реагировать, как собака Павлова. Она, эта собака-публика, и реагирует, и если бы не реагировала, Житинкин был посчитал свою задачу невыполненной - только спектакль все это портит. Для дворецкого придумано, что он постоянно получает травмы - то лбом стукнется, то палец молотком ударит - и раз за разом он появляется все с большим количеством пластырей и повязок, разве что про "бандитские пули" при этом не говорит. И актеры, исполняющие роли молодых героев, подводят: Элизабет и Арнольд просто фальшивки, Тедди, спортивный и боевой провинциал, правда, получше. Стерильно-глянцевая сценография и живой струнный квартет в качестве аккомпанемента сами по себе не хороши и не плохи. Но если бы речь шла об антрепризном проекте - тогда можно было бы говорить о высоком качестве продукта. Поскольку "Любовный круг" - репертуарный спектакль Малого театра, пусть даже идет на сцене филиала, сама формулировка "качество продукта" кажется некорректной, но о чем-то другом вести речь тоже не приходится. "Любовный круг" по-своему неплох и удачен, но такие удачи наносят больший урон "бренду" и "тренду" Малого театра, чем иные его откровенные провалы.