«Заповедник» реж. Сергей Женовач, СТИ, предпоказ 20 декабря 2017

Новогодний подарок от театра https://sti.ru/ — немыслимо уютное фойе, с елочкой (игрушки — маленькие водочные бутылки), традиционными зелеными яблоками, бочкой советского вида, из которой наливают «виноградное вино» в граненые стаканы, с трансляцией новостей ушедшей эпохи… И прекрасный спектакль по любимой многими повести Довлатова.

Главное режиссерское решение тесно связано со сценографией (художник Александр Боровский). Через условную реку перекинут деревянный горбатый мост — усадебный, «пушкинский», на котором собирается стайка работниц музея в цветастых платьях времен Олимпиады 80. А внизу — длинные деревенские «мостки», передним концом нависающие над «рекой» (вода настоящая), там мыкается и тоскует герой, туда к нему приходит жена, подходят сельские алкаши и милиционер — идет грешная земная жизнь. Можно сказать, нынешняя жизнь, современная… но не так все просто.

Второй важный момент — выбор актера-героя. Практически сразу стало ясно, что и выбора-то не было, спектакль поставлен на Сергея Качанова. Это и точность интонации, и погруженность в себя, и внутренняя «алкогольная» суетливость (то, что не получилось у Верткова в «Москве-Петушках»). И — возраст. Благодаря которому возникает некая отстраненность, иллюзия воспоминаний. Герой — нынешний, он существует сразу в трех временах: сегодняшнем и времени Олимпиады 80, а третье время — пушкинское. То, что мы непосредственно видим на сцене, относится к эпохе моей с Женовачом юности (у меня было такое же цветастое платье, я так же закручивала волосы в пучок, как музейные девочки). В старой повести Довлатова, как неожиданно выяснилось, очень многое осталось (или стало в последнее время) до боли актуальным, потому так остро звучат иронические афоризмы — они потрясающе точны.

Два «моста» — обычный и «пушкинский»- существуют в непересекающихся пространствах, однако перекличка между ними есть. Это перебрасывание пушкинскими строками, «современные» танцы девушек (недавних выпускниц мастера и двух постарше), чудесно исполненные романсы — иронично и очень красиво (отдельная благодарность за мое любимое «Я ехал к вам: живые сны…»)

А в черном-черном небе светится Луной (а не Солнцем) посмертная маска Пушкина, пробиваясь светом через «живые сны».

Итог неутешительный: все персонажи стараются уйти от реальности — в алкоголь, творчество или в вымышленный театрализованный мир, где нетрудно себя представить героиней пушкинской поры… или в условный «израиль». Но… надежда есть — благодаря поэтическому восприятию жизни и поэзии в душе.
Это второй «Заповедник», который я видела на сцене. Первым был богомоловский «Wonderland-80» — фантасмагория Табакерки (кажется, не идет уже). Женовач и Богомолов по-разному (оба отлично) работают с прозой, у них разный возраст, мироощущение и тд. Сравнивать спектакли нет никакого смысла. Но… в обоих спектаклях, на мой взгляд, слабой оказалась любовная линия. Довлатовская Таня, конечно, далека о пушкинской Татьяны, она контрастирует своей обыкновенностью, женской практичностью и даже красотой с прочими персонажами — несуразными очаровательными музейными девушками, гротесковыми собутыльниками, милиционером… Как ни странно, ее красота еще больше все упрощает: она может служить банальным объяснением любви-судьбы героя. Если не ошибаюсь, к концу спектакля Таня поднимется на пушкинский мостик — как бы соединив два времени и пространства, но эта героиня советского фильма (не из числа лучших) выглядит неубедительно (меня — так раздражает).

Спектакль долгий — шел примерно 3 часа 40 минут. Думаю, что даже после «утряски» будет долгим. Но смотрится отлично, втягивает в себя. Трактовка образа Тани — моя единственная претензия к нему, но в таких случаях обычно я расхожусь во мнениях со зрителями-мужчинами, так что на истину не претендую))

Читать оригинальную запись

Читайте также: