«Пока существует пространство» В.Гафта и С.Багова на Другой сцене «Современника», реж. Саид Багов

Я думал — ну Гафт, ну понятно… К тому же слыхал, что проект затеяли, чтоб Валентина Иосифовича, резко «сдавшего» в последнее время, как-то морально поддержать новой работой… А это прям спектакль настоящий! Пусть по самодеятельному, полуграфоманскому тексту — но и текст минимальным стандартам литературного качества соответствует; строго говоря, в «Современнике» с материалом хуже бывает — чего стоит одна только Улицкая, да и Галин не лучше. Гафт же как актер в скидках на возраст не нуждается — ну естественно, он не молодеет и здоровее не становится, как и все мы. Однако «Пока существует пространство» — не бенефис в дурном его понимании и не «последняя возможность» посмотреть на известного старичка, но осмысленное высказывание на определенную тему. В чем-то, именно по теме, оно, как ни удивительно, перекликается с «Волшебной горой» Богомолова, при всей стилистической несхожести, при несовместимости творческих методов и театрального языка. И конечно, Гафта в богомоловской конструкции представить невозможно — но и Саид Багов не «одолжение» мэтру делает своей постановкой, а работает всерьез.

Багов вообще недооценен, хотя вроде обладает и репутацией, и некоторой популярностью, но вот не «звезда», видимо, и не рвется. Зато я помню его вещи прежних лет, и, например, моноспектакль «Аугенапфель» у него был интереснейший, жалко, что «не пошел», вероятно, опередил время, а нынче глядишь и «хитом» репертуарным мог стать. Багов и Гафт в спектакле выступают, по большому счету, на равных, и уж точно нельзя сказать, что один менее интересен, нежели другой. Тем более что пространство спектакля в основном на актерских индивидуальностях и существует — заветные мысли, вложенные Гафтом, не столь содержательно глубоки сами по себе, сколь то, как Гафт и Багов на пару их доносят. Овальный стол, несколько стульев и диванчик поодаль — старинная, «антикварная» мебель, но и только то, кроме нехитрой этой обстановки, света и музыки (кажется, Малер, Пуччини, Чайковский…) да актерского дуэта никаких выразительных средств не задействовано. Безымянные отчим и приемный сын встретились где-то в условной «европе» впервые за 18 лет, пытаясь преодолеть былые разногласия, взаимные претензии. Обоим есть что вспомнить, особенно, разумеется, старику… Третий персонаж — мать — остается внесценическим, присутствует лишь в воспоминаниях, но и она «существует» почти ощутимо рядом с двумя героями во плоти. Некоторый привкус «учительства», «морального урока», и даже с интонациями «завещания», имеет место — но у Гафта и это звучит достойно, непошло, убедительно, не преувеличением будет сказать, «пронзительно».

Читать оригинальную запись

Читайте также: