«Пока львы молчат», компания Акрам Хана, Великобритания, хор. Акрам Хан

Первый же взгляд на сцену вызвал в памяти двухлетней давности хореографическую миниатюру Акрам Хана «Techne», которой открывала свою программу Сильви Гиллем. Там, правда, исполнительница работала в круге света, а здесь настоящий округлый подиум, не слишком, но достаточно высокий для того, чтоб пришлось закрыть для публики первые три ряда, а заранее купивших туда билеты рассадить повыше (в чем по факту, кажется, особой необходимости не было, и из ближних рядов происходящее в плоскости подиума просматривается неплохо). «Пока львы молчат» номинально поставлен по одноименной книге стихов Картики Наир, имеющей подзаголовок «Эхо Махабхараты», таким образом за короткий срок это уже второй европейский спектакль на основе индийского эпоса. Но если в «Поле битвы» Питера Брука артисты при помощи минимальной атрибутики незатейливо разыгрывали на уровне деревенской самодеятельности сценки-притчи из эпической поэмы, то у Акрам Хана помимо экспрессивного, выразительного и необычайно разнообразного в плане богатства пластической лексики танца, конгениально исполненного к тому же (хотя и без участия Сильви Гиллем на сей раз), задействованы все возможные средства и эффекты, от сложного света до сыпучего песка и «мертвой головы», насаженной на шест — а без бамбуковых шестов, которыми в «Поле битвы» тоже не пренебрегают, не обходится, в финале ими прям-таки засыпают весь подиум.

Зато от прямой повествовательности, тем более морализаторства, Акрам Хан уходит принципиально. Отдельные эпизоды, впрочем, можно «прочитать» и как сюжетные, и даже выстроить при желании линейное развитие событий. Постановщик сделал акцент на персонажей-женщин в ритуально-мифологическом контексте, две женские фигуры и одна мужская, мужчина выступает, по чисто сегодняшней и европейской моде, то есть очевидно вопреки архаичной восточной традиции, как злодей, агрессор, в одной из самых «ударных» сцен еще и буквально как насильник; в итоге получающий «по заслугам», к финалу пронзенный «насквозь» опять-таки бамбуковым шестом. Помимо трех танцовщиков, начиная с самого хореографа, задействованы музыканты, рассаженные позади подиума, а также декламация, пусть и без перевода — содержание текстов, хоть современных, хоть древних, в любом случае остается загадкой, а послание спектакля в отрыве от стихов на неизвестном языке даже чересчур очевидным, но зрелище от этого не становится внешне менее ярким.

Читать оригинальную запись

Читайте также: