ОвцеВолки и другие

В спектакле «Волки и овцы» Театра п./р. Олега Табакова герои говорят на языке А.Н. Островского, но одеты в костюмы, которые по стилю ближе к моде начала ХХ века. Однако какими бы ни были моды, постановки Константина Богомолова всегда ведут рассказ о нравах наших современников. Ведь время не властно над человеческими пороками и слабостями.

Классический текст пьесы прерывается дивертисментами. У спектакля неожиданный музыкальный ряд: церковные песнопения и бодрящие немецкие марши начала прошлого века, которые и придают темп действию. Это шокирует, но, вместе с тем, позволяет увидеть хрестоматийных персонажей в новом качестве. «Волки» пританцовывая и не растягивая удовольствие, разделываются с «овцами». Побеждает сильнейший, хитрейший и умнейший: Беркутов легко и непринужденно загоняет в угол Меропию Давыдовну с Чугуновым.

С помощью стульев сценограф Лариса Ломакина выстраивает пространство, которое легко подвержено трансформации. Каждая вещь имеет свое назначение, в соответствии с которым она должна применяться. Немного фантазии и перед нами уже не стулья, а диван, конская упряжь и прочее…

Оригинальный прием подчеркнул ханжество и лицемерие рьяно молящихся и постоянно поминающих Бога. Стулья, с изящно изогнутыми пустыми спинками — это еще и иконы. Пустота в сердцах и душах у показушно осеняющих себя крестом. И насмешкой выглядит прощальный подарок Беркутова Меропии Давыдовне — нательный крест: «Нате, благодетельница, получите то, что на словах так жаждите». Роза Хайруллина мастерски изображает страх и злобу Меропии Давыдовны — прямая спина, сдержанная мимика, угловатые скупые движения. И неожиданным становится страстный танец, который срывает маску аскетичности с души, раздираемой страстями. Она и боится разоблачения, и в тоже время не может не интриговать. Это ее сущность — злоба, зависть, жажда наживы.

Интересна пара — Евлампия Купавина (Дарья Мороз) и Василий Беркутов (Сергей Угрюмов). У Богомолова Купавина не простодушная «овца», ловко одураченная санкт-петербургским «волком». Она не так проста, как кажется на первый взгляд. Ощущение, что Купавина играет шахматную партию, в которой ее покорная жертвенность оборачивается победой над непростыми обстоятельствами собственной жизни.

Волки умеют быть находчивыми, но и им сложно не оказаться в ловушке… При всем уме и понимании ситуации Лыняев (Павел Ильин) не может устоять перед хитростью Глафиры Алексеевны (Анна Чиповская). Очень доходчиво объяснила она ему, что околпачить кого угодно, для нее не составит труда! Но, увы, Михаил Борисович «обманываться рад»… А кто из нас время от времени не хочет желаемое принять за действительное?

Образ собаки по кличке Тамерлан в исполнении Яны Сексте, которая преданностью и любовью покоряет Аполлона Мурзавецкого (Дмитрий Куличков), а позже подчеркивает его падение — неожиданный и яркий. Утопив в алкоголе чувство собственного достоинства и порядочность, он тянется к собаке, как к любимой женщине, как к принимающей и все прощающей матери. В конце спектакля он сам превращается в собаку. Животное начало побеждает в нем человека…

Спектакль провоцирует зрителя, выводит из зоны комфорта. Танцы на грани приличия, лампада в роли зажигалки, подстреленный двуглавый орел: «И ни церковь, ни кабак — ничего не свято». Рецепта, как жить, режиссер не выписывает. Взбудоражив фантазию, предлагает зрителю самому найти верную дорогу. Тот путь, что ближе каждому индивидуально. Но при этом не позволять себя обманывать, запугивать и околпачивать. Подчеркивает, что не так уж сильны «волки», ведь их мотивация и приемы прозрачны. Они все те же из века в век…

Читайте также: