Танцы на праздник урожая

”СОН ОБ ОСЕНИ”, Ю.Бутусов, ТЕАТР им.ЛЕНСОВЕТА, СПб, 2016г. (9)

Сон – скандинавский. В начальной точке Бергман, в конечной Мунк. Точки не соединены прямой линией, между ними спектакль нелинейный, рваный. Состоит из кусков драматической семейной истории (диалогов и монологов) и бессловесных сновидений. Сочетание вполне скандинавское, можно вспомнить «Игру снов» Стриндберга или сюрреалистические эпизоды у Бергмана. И вполне бутусовское, можно вспомнить не только восемь снов «Бега», но и любую постановку классической пьесы, повествовательную ткань режиссер всегда режет и кроит по-своему, прослаивая пластическими этюдами.

Соло. Крики и шепоты одной жизни

Драма главного героя короткая и простая. Разорванные куски зритель легко может склеить и восстановить примерную последовательность событий, событий там немного – в настоящем случайная встреча на кладбище, в прошлом – похороны бабушки.

Но при этом она очень насыщена психологически. В простых отношениях мужчины с его женщиной, его женой, его сыном, его матерью открываются бергмановские бездны и главная удача спектакля и его главное открытие – исполнитель главной роли (Виталий Куликов). Такой психологически-достоверный, открытый, с подробной мимикой неврастеник и вместе с тем отточенный пластический рисунок — белый клоун на арене цирка.

Первый монолог спокойно в микрофон, почти шепотом, поток сознания – полюс психологический. Последний кадр, крик – полюс пластический. Между ними жизнь, которую он собирает из осколков, которая уже прожита – осень, пора собирать урожай. И тут важно, что это не последняя осень, это первая осень. Куликов играет человека совсем еще не старого, он не отживший, он живой и потому крик острее, не о прошлом (уже не вернешь), а о настоящем (как жить).

Между двумя точками мог бы быть моноспектакль, по большому счету никого не нужно, только белые огни по кругу и черные воздушные шары, в центре круга горка земли (из песочницы, из могилы), над ареной дорожка из прожекторов-уличных фонарей, еще выше – темнота, сумрак ночи, скопление черных шаров, грозди воспоминаний, черных мыслей.

Дуэт

Но это все-таки не моно-герой. Главная его проблема – не отношения с самим собой, а отношения с другими, мы ничего не знаем о его профессии, хобби, друзьях, о его комплексах и т.п. Главная из «других» — женщина. Дуэт Куликова и Муравицкой – вторая бесспорная удача.

Сцена их встречи насыщена подробностями, мелочами, нюансами — в нескольких словах диалога, интонациях, паузах открывается бездна отношений (долгого опыта жизни вместе и врозь, когда и вместе не могут и врозь не могут). Он светлый, открытый, она темная, закрытая (женщина для Бутусова — существо загадочное). Он мягкий и пластичный, голос чистый, она жесткая и голос хриплый. Они дополняют друга друга, они так интересны друг другу, два магнита разных полюсов (притяжение, а чуть повернешь – отталкивание). Сцена на кладбище это заявка на полноценный спектакль-дуэт, сцены супружеской жизни.

Квартет

Но дуэт не состоялся. У нее нет прошлого (Муравицкая играет женщину с историей, но подробностей мы не знаем, только следы на лице). У него есть прошлое и оно мешает, тяготит (черные пятна совести).

Прошлое вторгается в спектакль снами (танцами под такую типично бутусовскую музыку), снов много и они пожалуй избыточны, а в конце образуют несколько ложных финалов.

В снах действует уже квартет. В снах появляются еще двое — его бывшая (Лаура Пицхелаури — такая неинтересная тетка, так непохожа на его женщину, зато похожа на его мать, два живых упрека) и его сын (третий живой упрек главного героя, к сожалению у Сергея Волкова есть ходули, острый платический рисунок, но почти нет текста и полноценного дуэта отца и сына нет, только картинки-иллюстрации слишком линейные).

В прошлом – двое под одним зонтом (счастье было возможно, но магнитное поле выталкивало их из-под зонта в разные стороны). В прошлом – четверо за одним столом, ад совместной жизни (сюрреалистическая застольная сцена с взрывающимися черными виноградинами, один из лучших «снов осени»).

На поклонах после спектакля квартет исполняет блюз — грустный, даже отчаянный. Блюз это когда хорошим людям плохо друг с другом.

Человек бежит по дороге, вперед, вперед, к будущему, к другому человеку, мелькают огни и сворачиваются в круг, бег по кругу и не вырваться. Ноги подкашиваются, музыкальный ритм держит его еще какое-то время , но он все-таки падает и руками растягивает лицо. Не в улыбку, как у дяди Вани Туминаса, а в крик.

Читать оригинальную запись

Читайте также: