«Колино сочинение», продюсерский центр «КонтАрт», СПб, реж. Яна Тумина

Толчком к созданию спектакля послужила книга Сергея Голышева «Мой сын — даун». Сейчас Николаю Голышеву 17 лет, и его «стихотворные» тексты при всей их «специфике», положа руку на сердце — лучшее, что есть в постановке Яны Туминой: «Я хочу быть хорошим любить маму и папу и ласкать их сердцем луны и весны» — здесь определенно «ночевала» настоящая поэзия, трогающая может и не настолько, чтоб купить на выходе книжку стихов Коли Голышева за 150 рублей (автограф-сессия и творческая встреча с автором не предусмотрены), но заслуживающие внимания и позволяющая оценить ее на слух. Тем обиднее, что визуализация, реализация текстов через средства театральной выразительности оказывается столь банальной, лобовой. При том что какие бы затруднения в быту и обществе не приходилось преодолевать до сих пор людям с соответствующим синдромом, но в кино и театре они представлены сегодня активнее многих иных «отверженных» групп, то есть сам факт обращения к проблеме автоматически сенсацией спектакль не делает. Тем более не делает его «домашняя», откровенно любительская компьютерная мультипликация (хотя мне понравилось, как образ круга воплощает символически и космос, и материнское чрево одновременно, пусть аналогия взята с чужого плеча) и скудное использование кукольных техник. Сперва герой — фигурка «перчаточного» типа, затем, когда «подрастает» — планшетная кукла. Антураж дополняют высовывающиеся из-за ширм-экранов плоские щитки-площадки и марионеточный олень из фантазий маленького героя. Неплохо решен эпизод с «улиткой» — разматывающейся лентой. Пронзителен момент, когда кукольный персонаж — «особенный» ребенок — пытается самостоятельно заварить чай из пакетика или хотя бы обуться без посторонней помощи (а родителей предупредили, что он никогда не сумеет этого сделать). История Коли и его детсадовской подруги, воображаемой девочки Вари, напомнила мне прозу Саши Соколова, но там стилизованный текст, а здесь вроде как аутентичный, что дополнительно должно подкупать и располагать, но для этого куклы Коли и Вари (сами по себе даже трогательные) должны «жить», а не просто обозначать сколь угодно благую идею, остающуюся на уровне заявки. Работающий в дуэте с Анной Самкиной артист Александр Балсанов использует также технику горлового пения, в оформлении присутствует «северный» колорит, а в ответ на вопрос про «разрез глаз» звучит заявление «мы потомки Чингисхана», но где здесь заканчивается шутка авторов, чисто театральная игра и начинаются реальные факты — я не успел понять.

Читать оригинальную запись