Продолжение записок покойника (покойник продолжил записывать)

”МАСТЕР И МАРГАРИТА”, С.Женовач, СТУДИЯ ТЕАТРАЛЬНОГО ИСКУСТВА, Москва, 2017г. (9)

Это не Спектакль Спектаклей по Роману Романов. Это просто-спектакль по просто-роману. Оригинальный постановочный ход (помещение всего происходящего в психиатрическую клинику) и снижение уровня притязаний обеспечило успех всему предприятию. В больничных палатах очень легко разместились и все основные персонажи романа и все основные сцены. Многослойный роман уместился в спектакль обычной продолжительности (три с половиной часа). Спектакль начинается с огня в печке, сразу загорается и горит ровным пламенем. Спектакль смотрится легко. На огонь можно смотреть бесконечно. Огонь – главная стихия. Сжигают человека, положив в деревянный ящик. Сжигают рукопись. Сжигают город. Развернута только одна роль (Воланд-Вертков), остальные намечены, но намечены очень живо и точно. Мастер-Лизгеневич, Маргарита-Громова, Бездомный-Янковский, Иешуа-Суворов, Коровьев-Служитель, Бегемот-Евлантьев.

В психбольницу превращен весь театр. В этот вечер театр играет роль психбольницы — и гардеробщики с билетерами в фойе, и персонажи на сцене, и зрители в зале. Персонал и пациенты. И границу между теми и другими провести нелегко. В больницу приходит посетитель. В черном берете, с авоськой апельсинов. Пришел кого-то навестить. Всех нас. Взгляд холодный и внимательный, словно через стекло монокля. Вот этот пациент с головными болями, чем не Понтий Пилат. А этот светлый молодой человек с блаженной улыбкой – Иешуа. Меланхоличный в черной шапочке – Мастер. Гиперактивный в смирительной рубашке – Бездомный. В бригаде санитаров (три медбрата и одна медсестра) есть нечто демоническое.

Кто этот посетитель? Конечно, никакой не Сатана. Писатель – фантазирующий, распределяющий роли и сам играющий роль иностранца-консультанта. Повзрослевший Максудов, уже отстраненный, перегоревший, успокоившийся. Покойник от слова покой. Юный врач, начинающий драматург он боролся, надеялся, отчаивался и умер. Другой человек продолжил игру — существование, наблюдение, писательство. Поэтому так уместны переклички с последними спектаклями СТИ. «Мастер и Маргарита» дополняет картину советской эпохи «Записок покойника» и «Самоубийцы». И через пропущенное звено «Вальпургиевой ночи» к «Москва-Петушки».

Читать оригинальную запись

Читайте также: