«Леди Макбет нашего уезда», реж. К. Гинкас, МТЮЗ, 15 марта 2017

Меня всегда озадачивала рифмовка историй двух Катерин — Измайловой и Кабановой. Исходные данные похожи: купеческая среда, бездетность, давление свекрови (или свекра), нежеланный муж, измена… И вроде бы один конец, только идут к нему Катерины разными путями и приходят в разном состоянии. Героиня «Грозы» личностно усложняется, выводит проблемы своего внутреннего мира на философский уровень, не понимая, что это ей не по силам. В итоге получается трагический путь к свободе. А «леди Макбет», напротив, упрощает свой мир, себя, сводит все многообразие желаний к одной тупиковой точке, и любовь к жизни оборачивается гибелью души.

Но мне кажется, что Елизавета Боярская смогла бы сыграть обеих, и витальность, которой переполнена ее Измайлова, интересно сработала бы в «Грозе»… Потому что в обоих случаях важен темперамент героини «высокой трагедии». Я второй раз видела актрису в театре. В первый — в «Иванове», но юная Саша Лебедева по значимости и художественному уровню и рядом не стоит с Катериной Львовной (как, возможно, сам «Иванов» со спектаклем Гинкаса). Насколько Боярская мне не нравилась на экране — настолько хороша она на сцене.

Хотя надо отметить и еще две актерские удачи — Сергей (Балалаев с балалайкой) и свекор (Баринов). Как было написано в одном школьном сочинении, «этот персонаж сильно выделяется на фоне остальных баринов»)) Вспоминаю всякий раз, как вижу актера. Действительно, выделяется, причем всегда! Что касается Сергея, то уровень роли был, пожалуй, для меня неожиданностью, хотя бы вроде всё предвещало — и текст, и Балалаев. Он играет не просто разбитного малого, но сильного и опытного женолюба, который сделал соблазнение женщин своей профессией (в тексте есть про то, что он специализируется на «хозяйках»). И понятно, что в любой ситуации найдется какая-нибудь Сонетка, которая поможет ему устроиться с максимально возможным комфортом. А также понятно, почему пылкая и открытая Катерина не могла перед ним устоять.

Важную смысловую и атмосферную роль играет музыкальный ряд: и бабалаечные переборы, и запевы-припевы, и молитва о «жертве вечерней», которую я, оказывается, знаю наизусть (нам когда-то из Болгарии привезли комплект пластинок с песнопениями — в исполнении Бориса Христова).

Тема «жертвы» отражена и в сценографии (пространство — Сергея Бархина). Я сидела на идеальном для этого спектакля месте: в середине 1 ряда бельэтажа, откуда можно было оценить все оформление «глубокой» сцены — с дощатым помостом, дорогой, уходящей вдаль, в одну точку (и одновременно — плахой). И интересную смену мизансцен тоже можно было видеть с лучшего ракурса. В общем, впечатление от спектакля очень сильное, сложное, и наверняка останется надолго.

Но как всегда бывает при постановках по знаковым произведениям, есть и претензии. Текст «от автора» (персонажи часто рассказывают о себе в 3-м лице) дает возможность для объемных описаний. И примерно в середине спектакля описание «счастья» Катерины с Сергеем после убийства свекра — с летним бытом, цветами-васильками и прочей витальной истомой — стало буксовать. Как и очень длинная история с «котом», приходящим к героине по ночам. А между тем спектакль идет без антракта, так что в итоге финал оказался слишком быстрым, даже скомканным… И не таким, каким бы хотелось, несмотря на хорошо поставленную сцену драки Катерины с Сонеткой. Это мои субъективные переживания — но мне страшно не хватило финального совместного падения женщин вниз, в воду — с тех мостков, которые и есть в спектакле.

Читать оригинальную запись