«Современный концерт», «Июльансамбль» в ЦИМе, реж. Виктор Рыжаков

Так я и не понял, зачем нужен был айфон, куда перед началом предлагали скачивать специальное приложение, работа которого будто бы составляет часть общего замысла — ну да у меня технический кретинизм, а айфона все равно нет. Увы, обломался я не только с приложением. Труппа «Июльансамбль» возникла на основе рыжаковского курса в Школе-студии МХАТ, «9-й студии МХТ». Хорошие, наверное, ребята, и среди них уже «готовые» звезды, например, любимец публики Роман Васильев — хотелось бы увидеть другие их работы, к сожалению, до выпуска я ни разу на их дипломы не попадал и первым моим знакомством с курсом оказался «Современный концерт».

Думалось, название содержит обманку, тем более, что с Рыжаковым-режиссером всегда связаны определенные ожидания. Или мастер курса, испытывая по-человечески уважаемое желание поддержать воспитанников, задним числом поставил свое имя под готовым самодеятельным продуктом, что-то поправив и добавив по мелочи? Не знаю, как на самом деле, но очень похоже на то. Насколько я понимаю, исходная задумка состояла в том, чтоб показать, как веселые песни на протяжении всего 20-го века сопровождали трагические события. Положим, не только 20-го, но в данном случае речь о 20-м, начиная примерно с 1930-х годов, ну и заодно начало 21-го захватывается. И задача проследить историю социально-политическую через популярную музыку на контрапункте, посмотреть, как песни выражали протест существующей ситуации или, в каких-то иных случаях, способствовали борьбе, представлялась мне интересной. Подобные мысли сегодня приходят в голову не только студентам, но в вариантах «Времена не выбирают» театра мюзикла или «Вольного ветра мечты» театра оперетты старческо-ностальгическое начало закономерно доминирует над критическим. От молодежного, да еще «современного» подхода хотелось чего-то более жесткого и внятного — а получился банальный дивертисмент с переодеваниями, выходами в зал, сбором денег «на свадьбу» в кофр из-под гитары, ну только что без караоке.

Слева от концертного подиума — гримерка и гардероб, участники время от времени меняют костюмы, а один из парней постоянно переодевается, скидывая моряцкую форму и натягивая солдатскую, а поверх нее надевая защитный костюм с противогазом словно на случай химической или радиоактивной опасности. Зачем это делается — до меня опять-таки не дошло. Чередой идут русскоязычные и мировые шлягеры — джазовые, рок-н-ролльные, эстрадные. Некоторые номера содержат элемент пародии, но в основном просто следуют друг за другом более или менее узнаваемые песни. Иногда проскальзывает режиссерская попытка не просто эксплуатировать, но поломать инерцию восприятия аудитории, настроенной за «старые песни о главном» — но попытки хилые, да и дело безнадежное, не на то шли, не для того собирались.

А я ни на секунду не переставал думать про себя: что я делаю в этой истекающей телячьим восторгом толпе? Уже в первые двадцать минут мероприятие меня жутко утомило и повергло в уныние, а скоро за тем и в ступор. За переодеваниями с последующим расколбасом я наблюдал, не чая досидеть до конца. А когда раздухарившиеся дядьки, взявшиеся за руки тетки и ровесники выступающих (каковых естественным порядком в зале насчитывалось не менее 90 процентов) хором заорали «Мы себе давали слово не сходить с пути прямого…» — только крайнее место с противоположной стороны от двери помешало мне встать и выйти, неловко было бы ковылять через сцену, иначе я б не удержался, настолько это все мерзко, прямо как сценка «Не стоит прогибаться под изменчивый мир» в богомоловском «Борисе Годунове», только там отвращение — заложенная режиссером реакция, а здесь-то неподдельная всеобщая эйфория.

Несомненно, на весь ЦИМ я один такой нашелся сморчок — всем, что называется, «доставляет», а мне — ну хоть беги. Но даже если это моя собственная ущербность не позволяет мне влиться в общий хор, я предпочту со своей ущербностью остаться от такого хора в стороне. Против «старых песен о главном» я на самом деле ничего не имею, хотя для меня интерес к указанному формату — пройденный этап. Но, скажем, неловкая пародия на группу «Тату» с прыжками и поцелуйчиками блондиночки и брюнеточки в шортиках разыгрывается на фоне хроники 11 сентября — это вообще что? Если прикол — то уродский, а если всерьез — то прямолинейно до откровенной безвкусицы. Или девочки, гуськом подходящие к микрофону и по очереди запевающие пугачевское «Без тебя» в сопровождении мальчукового бэк-вокала, плавно переходящее в «Миллион алых роз» — почему именно этот и еще ряд номеров (преимущественно русскоязычных, я заметил) подается таким образом, в виде усеченном и деформированном, а остальные — как полноценные, концертные, без видимых, не считая переодевания и подтанцовки, затей?

Собственно, пускай и без затей, и много-много радости детишкам принесли — но ведь и открытым текстом обещают, и по ходу возникают приметы, что не просто так поют и пляшут, должен быть подтекст. А подтекста нет — в том, значит, и обманка… Обидно. В таком случае я предпочитаю что-то не столь притязательное. Скажем, несколько лет назад студенты курса Сергея Голомазова выпустили «Киноманию.бэнд» — концертное шоу аналогичного формата, которое пользовалось успехом и, кажется, по сей день остается в репертуаре театра на Малой Бронной — там, в отсутствие политических намеков, исполняются проверенные десятилетиями шлягера, целевой аудитории тоже «доставляет», и сходная идея реализована пускай без такого внешнего блеска, как у «Июльконцерта», зато честнее и проще.

"Современный концерт", "Июльансамбль" в ЦИМе, реж. Виктор Рыжаков

Читать оригинальную запись

Читайте также: