Жизнь бессмысленна

Театр «NTGent» | Спектакль: Платонов

«ПЛАТОНОВ» А.П. Чехова
Постановка – Люк Персеваль, театр “NTGent Schouwburg” (Гент, Бельгия).
Премьера – 26 января 2013 года.

Два года назад Персеваль уже привозил в Москву своего Чехова – тогда это был «Вишневый сад». Слыхала я, что у нашего зрителя он как-то не пошёл. А вот Отелло, привезённый тогда же, был замечательный, сама видела. Сегодня на «Платонове» зал был полупустой, а весь спектакль я думала только об одном: и зачем он его поставил? Что ему, так сказать, Гекуба?

Как при постановке абсурдистских пьес одни режиссёры ищут рациональное зерно в абсурдных репликах, а другие стремятся подчеркнуть сам абсурд, так в отношении чеховских пьес одни режиссёры отталкиваются от «унылого», бессобытийного текста, а другие находят в нём ещё и какой-то драматический подтекст. Для одних три сестры «просто мямли тепличные, которые не знают, чего хотят», дядя Ваня унылый эгоист, Треплев нытик, а Раневская истеричка. Для других практически все чеховские герои наделены душевной тонкостью и глубиной, какой-то интересной внутренней жизнью, а сами истории универсальны, на все времена. «Платонова», по моим наблюдениям, склонны ставить первые. Выборка нерепрезентативная, но сколько я их ни на видела, все были унылы и тягомотны. И Персеваль такой же. То, что действующие лица помирают со скуки, полбеды. Хуже, что эта скука и изображается скучно.

Спектакль начинается пятиминутным молчанием актёров, выстроившихся на авансцене и уставившихся на зрителя. С небольшими отклонениями фронтальная мизансцена держится на протяжении всего полуторачасового действия. Большинство персонажей так весь спектакль и простояло на одном месте. Фронтальная мизансцена усиливает эффект атомарности и разобщённости действующих лиц: каждая реплика как бы возникает из ниоткуда и уходит в никуда, не будучи ни продолжением чужой реплики, ни связкой в разговоре. Так режиссёр формулирует одиночество чеховских персонажей, не слушающих и не слышащих друг друга. Герои поочерёдно завывали каждый о своём, иногда переходя на крик. При этом лица актёров были похожи на маски с застывшим выражением эмоций. Масочно-карикатурно трактованы и характеры персонажей.

Жизнь их давно остановилась, а время неумолимо продолжает идти. Мужчины деградируют. Женщины стареют. И все вместе разлагаются от скуки. До полного отупения, до олигофрении. Возлюбленный всеми, и мужчинами, и женщинами, этот Платонов – уродливый, старый, облезлый пьяница, которого по какой-то таинственной причине продолжают видеть молодым красавцем, полным энергии и жизненных сил, весёлым и остроумным. А он уже давно состарился и стал таким же «овощем», как и все здесь, независимо от пола и возраста. Ему не кажется, что жизнь его выдохлась и проходит зря, – так оно и есть, но кроме него этого почему-то решительно никто не хочет замечать. Паноптикум олигофренов и энергетических вампиров, терзает вчерашнего кумира, жаждет его некогда горячей крови и доводит его в конце концов до суицида. Если жизнь бессмысленна, то и в искусстве смысла немного.

Через всю сцену проложены рельсы, которые вместо шпал закреплены, как кажется издалека, на стопках книг. Сколь хрупкий, столь опасный путь никуда не ведёт. Впрочем, не знаю, что это значит. Возможно, что просто конструкция для передвижения рояля: как и в «Отелло», всё действие здесь сопровождает живая музыка и человек-оркестр, сливающийся с роялем в единое целое. В остальном рельсы стоят сами по себе, персонажи – сами по себе.

Справедливости ради замечу, что, хотя несколько человек в середине спектакля ушли, но в финале я зевала в гордом одиночестве. А по окончании спектакля дамы, сидевшие рядом, аплодировали стоя, а некоторые мужчины даже кричали «браво!» А я не могла дождаться, пока всё это закончится и я смогу вернуться домой и ещё раз с наслаждением пересмотреть фильм Никиты Михалкова «Неоконченная пьеса для механического пианино».

Читать оригинальную запись

Читайте также: