Circo Ambulante (=произв. от «амбулаторий:) реж. А.Могучий

Театр Наций | Спектакль: Circo Аmbulante

Когда после тяжелой отупляющей работы на производстве (да еще каком производстве — мясокомбинате) уставшие работницы начинают сиротливо переодеваться у шкафчиков — сердце невольно вздрагивает, когда замечаешь на теле нескольких из них наружные катетеры, и только потом по ходу действия облегченно выдыхаешь, что они, оказывается, т.н."ходячие бомбы", самоотверженно готовящиеся к революции.

Circo Ambulante  - театр Наций

Актрисы, играющие второстепенные роли работниц, расцветили свои образы на славу. Если сидеть близко — то видны все детали. Чего стоит одна Чинароха Арины Маракулиной: с самого начала она придумала себе, что ее работница — из всех самая нелепая (то ли новенькая, то ли просто тормоз) и страсть как боится напортачить, чтобы ее на этом режимном предприятии не уволили (а то и чего похуже), поэтому она постоянно что-то забывает доложить, потом озирается на остальных, вспоминает и вовремя успевает устранить свои огрехи, пока ее карлик-надсмотрщик не засек. Ну и конечно жжет она по полной в свой законный звездный час, когда вспоминает свою прежнюю жизнь. Каждый раз привирая какую-нибудь деталь (в духе "как мужики укладывались штабелями при одном взгляде на нее"), она успевает пугливо на всех взглянуть (верят ли) и удостоверившись, что все внимательно слушают — хорохорится и продолжает свой "вербатим" в еще более гипертрофированном духе. У Цили Натальи Павленковой — образ изначально задан интересно: красивая женщина в возрасте — в любой ситуации выглядит достойно — даже в полной нищете и в толстых советских колготках; она и сейчас влюбляет в себя — в нее влюблен управляющий мясокомбината и готов ради нее на все. А у Цили с режимом есть и свои личные счеты: ее сын погиб от дедовщины.

"Как тревожно" — разрядит молчание героиня Ольги Лапшиной и задаст тон всему последующему действию. "Как тревожно" — рефреном продолжит и санитар морга, служащий на благо режима — словом, тревожно всем — и угнетенным и угнетателям.

При этом бытовое простодушие диалогов постоянно снижает революционный пафос:
— Я дарю тебе этот остров.
— Да ты что — у меня же нет образования.

Работают на балансировку фантасмагорического действа и неожиданные вербатим-врезки: "Меня зовут Антон Караско, и я скоро умру" (сходным образом филигранно выражают свои мысли герои бессмертного хип-хоп комикса "Копы в огне"). Лежачий Антон в своем натурализме напоминает картину Гольбейна, а потом вдруг восстает со своего одра и негнущимися шарнирными ногами идет туда же — бороться с режимом.

Метание ножей — сюжет нечастый, и благодаря "Девушке на мосту" будит скорее романтические ассоциации, но здесь этот романтичный миф будет начисто разрушен героической Марией с отсеченным ухом. И смех и грех, как говорится. Завещанные отцом доспехи Дон Кихота наконец найдут свою хозяйку, и нацепив латы и призывно воздев руку в красной перчатке, Лия Ахеджакова ринется в бой.

Circo Ambulante  - театр Наций

А завершится все опять неожиданным вербатимом: мужественные оппозиционеры вдруг осунутся, сядут на авансцене перед закрытым занавесом и превратятся в двух самых обычных стариков, собирающихся поехать навестить детей и долго обсуждающих сопутствующие этой поездке бытовые хлопоты: "А ты балкон закрыть не забыл?". И неожиданно к глазам подступят слезы — тема маленького человека всегда берет за живое.

зы и надо бы этому прогрессивному спектаклю куда-то переехать. Театр Наций — все-таки странное место: вроде там и сборная солянка, да все не то.

Читать оригинальную запись

Читайте также: