Гоголь-Русь-гопота

«МЁРТВЫЕ ДУШИ», К.Серебренников, НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТЕАТР ЛАТВИИ, 2010г. (8)

Спектакль игровой, молодежный, современный (что придает «све…жесть», как они сами остроумно формулируют). Для актеров – игра в иное, в другое время, в другую страну и социальную страту, в лошадей, в маленьких детей, в женщин, в собак. Для режиссера – игра в собственную юность в провинциальном городе.

Постоянный герой (alter ego) Серебренникова – выскочка, комсомолец в костюме с дипломатом (Буланов из «Леса», молодой следователь из «Человека-подушки»). Он вырос в мире чужих людей (другого поколения и/или менталитета).

Чичиков – нормальный, европейский, цивилизованный, а окружают его (населяют «лес-дремучий бор») сверстники – гопота, молодые работяги из автосервиса (шиномонтаж) и старшее поколение — люди прошлой жизни, «трупы», которых не облапошит только ленивый.
Бизнес Чичикова – торговля воздухом (не важно, чем именно), а «мертвыми душами» он считает «население», лохов (страна «мертвых» душ, застрявших в прошлом).
Тур Чичикова по родным местам – последняя гастроль «кооператора» (начинающего бизнесмена) перед тем как «свалить».
Надо собрать «стартовый капитал» (с трупов много не соберешь, но на стартовый хватит).
Вспомнил один из скандалов России 90-х годов – продажу трупов из морга немецкому художнику-концептуалисту, который из них инсталляции делал.

Тур по стране непуганых идиотов поначалу приносит успех. Начинается спектакль с «тройки», с тройки автомобильных шин. Рабочие автосервиса обсуждают, доедет ли колесо до Москвы (да, и ведь правда доехало :) и до Казани (нет, не доедет, гастроли в Казань не планируются :), соображают на троих и закусывают «резиной».
Апофеоз тура — благодарное и очарованное население подбирает Чичикову невесту из местных, огромную бабу. Я ожидал увидеть под фатой-вуалью череп скелета из «Трехгрошовой оперы», но там оказался Ноздрев, который и развалил гениальную комбинацию юного бизнесмена.

Мертвые души оказались «живее всех живых», обобрали великого комбинатора и пришлось ему спасаться бегством (выпрыгивать в окошко «в чем был», без капитала). Еле ноги унес, спасибо, что дипломат с ноутбуком не отобрали.

Русь так и осталась непонятой. И непонятной самой себе – в финале гопота села рядком на лавочку и запела – «Русь, чего ты хочешь от меня?»

Спектакль придуман очень хорошо, внятно, стройно, логично. Фирменное серебренниковское смешение времен прекрасно сработало. Времен, как и в «Лесе» три:

  • 19-й век, время действия первоисточника;
  • 20-й век, время юности режиссера, конец СССР;
  • 21-й век, время юности актеров, наши дни.
  • Действие структурировано, сцены чередуются с песнями, сопровождаются аккомпаниатором-тапером, затем и актеры превращаются в музыкальный ансамбль (хор и инструментальное трио). Условность (переодевания и превращения предметов) предъявлена открыто. Кстюмы – точные, бытовые, а декорация предельно метафорична. Действие происходит в фирменной «коробочке» нового европейского театра, коробочка деревянная – гроб. Чичиков путешествует по стране мертвых душ, у него клаустрофобия, страна находится в гробу, а когда в этот большой гроб вложены маленькие гробы (сцены из детства в начале спектакля, сцена в тюрьме), клаустрофобия удваивается.

    Таким образом, режиссер подчинил себе время и неодушевленные предметы. А вот актеры, сыгравшие в предложенную режиссером игру с азартом, вглубь (от театра к жизни) не пошли. Не оказалось у них человеческих и актерских ресурсов. Оттого некоторые сцены, и «текстовые» и «двигательные», провисают и спектакль кажется затянутым. Текст песен не всегда внятен и поэтическая линия, задуманая как контрапункт сюжетной, не читается. Отлично сыграны, плотно наполнены игрой только три визита (к Манилову – первое самое эффектное «переодевание в женщину»; к Коробочке – черные старухи, живописное развитие навязчивого образа режиссера; и к Ноздреву – мальчики-собаки). Во время сцен у Собакевича и у Плюшкина «огонь» гаснет, а во время визита Манилова в тюрьму гаснет уже буквально.

    Читать оригинальную запись

    Читайте также: